Раздел: Журналист

Анатолий Михайлович Ягудаев | Полина Санаева

Анатолий Михайлович Ягудаев | Полина Санаева

Знаете такую игру — «ассоциации»? Один спрашивает, другой отвечает. И первое, что приходит в голову.
● Поэт?
● Пушкин.
● Писатель?
● Толстой.
● Полководец?
● Македонский.
● Скульптор?
Тут многие назвали бы, ну, например, Родена, а я бы сказала Ягудаев. И это не выпадение из контекста мировой художественной культуры, а нормальная ассоциация. А если бы спросили:
● Дагестанский скульптор?
● Ягудаев! — ответили бы уже многие.

На самом деле, у нас много скульпторов. И среди них есть настоящие. Но Ягудаев самый всенародный.
О нем много писали прямо с 60-х, когда он стартовал в творчестве. О нем написано столько! Еще двадцать лет назад Путерброт сказал, что к своему 50-летию «художник пришел мастером зрелым, сложившимся». Представляете, сколько десятков лет зрелости и нестарения! Выставки, новые работы, критика, статьи. К нынешнему 70-летию свежая персональная выставка и новый залп интервью во всех дагестанских газетах. И все разные, и все интересные. С такими людьми только так и бывает.
Читаем, читаем, а сами знаем только «девочку, которая стояла рядом с цветочным на Горького». Девочку, которую с детства помнят все, кто ходил на городской пляж, пил лимонад на Буйнакской и закусывал пирожным в кафешке рядом с тиром. Девочку, к которой все привыкли и которая была похожа на всех девочек, но вокруг которой была весна. И когда трогательную скульптурку какие-то забывшие о детстве и весне хулиганы вполне элементарно спилили и расплавили на драгметалл, негодованию горожан не было предела. Прошло столько лет, а мы все еще скучаем по той девочке с цветами.
Теперь, когда я сходила на его персоналку и увидела его старые и новые работы… Теперь, когда я познакомилась с самим скульптором, мне кажется, что меньше всех о спиленной девочке жалеет сам Ягудаев. В 70 лет он смотрит в будущее и любит свое настоящее вместе с прошлым. И жизнь любит. И потому жутко молод и современен. А потому с ним было интересно делать стосорокпятое (примерно) в его жизни интервью, беседуя о вещах, о которых сто сорок пять человек уже писали до меня.
«Анатолий Михайлович Ягудаев. Родился в 1935 году в Махачкале»
Вы говорите, что с детства точно знали кем хотите быть. Как это, с детства хотеть быть скульптором?
Ну, как… Я все время делал какие-то фигурки из подручного материала. Один раз помню, сделал много игрушек на елку — в войну с этим туго было, а елка моя сгорела. Хорошо, отец вовремя прибежал, спас меня.
И этому воспоминанию он смеется. «Занимался в кружке изобразительного искусства Дома пионеров и в изостудии Дома народного творчества».
Это был чудесный Дом пионеров. Такое старинное здание, стояло на том месте, где сейчас гостиница «Ленинград». Вот фото — это я снимал старую Махачкалу, был фотокор от дома пионеров. Я во многих кружках занимался, только из драматического меня попросили — текст не мог запомнить.
Это обстоятельство тоже его немного веселит.
«1949 — работа в производственно — скульптурных мастерских вначале, учеником, а потом модельщиком-форматором».
Форматор — это кто?
Это тот, кто делает скульптуры на основе готовых моделей других скульпторов. Мы тогда, конечно, в основном лениных и сталиных делали. Иногда как госзаказ, иногда так просто – подработать (закуривает). Меня, молодого, начальник любил отправлять к какому-нибудь главе района. Приезжаю на «Студебеккере» шефа в горный район, нахожу секретаря райкома и говорю: «Купи Сталина». Тот отказывается, говорит: «Денег нету». А я ему: «Ты что, на Сталина денег не можешь найти?» Куда им было деваться? Находили, конечно. (Смеется).
Это что, в сталинские времена можно было халтурить на стороне?
Ну да. Жизнь есть жизнь. Еще мы всякие тумбы делали и вазоны… На МВД лепка вся – тоже моих рук дело.
«1963 — окончил Ленинградское художественное училище им. Рериха, скульптурное отделение».
Это ж серьезное училище, вы без подготовки поступили?
Какая там подготовка! (смеется) Я из армии вернулся только. И был такой черный-черный, потому что перед поступлением подрабатывал — делал надгробные плиты на буйнакском военном кладбище, штук 200-300. Загорел. А в училище во время экзаменов в первый раз услышал слово «абстракционизм». Не знал, что это. В сочинении про Пьера Безухова 42 грамматические ошибки сделал. Но за содержание поставили 4.
И все равно вас приняли.
По-моему, ректор принял нас с Гимбатом за иностранцев. Потому что он сначала спросил меня: «Вы откуда?» Я сказал: «Из Дагестана». А он сказал: «Дагестан — это где Пакистан и Афганистан? Ладно, зачислены». (Смеется, закуривает). Но учились мы, конечно, серьезно. Нагоняли все упущенное.

Полюс вместо полиса: зачем путешественник Шпаро берет инвалидов в суперэкспедиции | Полина Санаева

Полюс вместо полиса: зачем путешественник Шпаро берет инвалидов в суперэкспедиции | Полина Санаева

Полюс вместо полиса: зачем путешественник Шпаро берет инвалидов в суперэкспедиции

Матвей Шпаро | Фото Олег Караджа

Матвей Шпаро рассказал ForbesLife, почему он учит инвалидов путешествовать

Ближайшая цель — Южный полюс. Еще никто даже не пытался достичь его на лыжах. А Шпаро и его напарник Борис Смолин ищут сейчас в свою компанию третьего лыжника — с травмой позвоночника. Неинтересно им идти тысячу километров от берега Антарктиды только вдвоем. Они снова хотят быть первыми — ведь еще никогда человек в инвалидном кресле не доходил на полюса. И снова доказать, что в технологии покорения вершин и полюсов главное не позвоночник, ноги или руки, а желание, терпение и железная воля.

Как найти идеальную работу в России | Полина Санаева

Как найти идеальную работу в России | Полина Санаева

Как найти идеальную работу в России

Заниматься именно тем, чем хочется, — это роскошь, которую надо себе позволить, чтобы оставаться собой. Forbes нашел трех героев, которые делают именно то, о чем мечтали

Новая закалка | Полина Санаева | Ironman

Новая закалка | Полина Санаева | Ironman

История Владимира Волошина — хорошая иллюстрация к учебнику по целеполаганию, в ней прослеживается удача и несомненная, несгибаемая добрая воля.

На сегодня Владимир Волошин — трижды Ironman. Значит, он три раза прошел дистанцию этого классического триатлона  (3,8 км плавания, 180 км на велосипеде и 42,2 км бега), предельного, а скорее, запредельного по нагрузкам и длительности. Выступал и в других экстремальных международных соревнованиях, а в апреле принимает участие в 240-километровом Песчаном марафоне в Южной Сахаре.

Scroll Up