Олег Санаев

Земля круглая. Доказал Евгений Гвоздев | Олег Санаев

Слово капитану

В последней главе гвоздевской серии уместно дать слово самому капитану «Саида», потому что без его живой интонации, без оценок, переданных без посредника, рассказ о кругосветке будет неполным, абстрактным и далеким, как жизнь Робинзона Крузо. А так хочется узнать у Е. Гвоздева о том, на что не хватило времени в предыдущих беседах.

– Неужели только лишь три кризисные ситуации запомнились за восемь лет плавания?

– Нет, конечно, их было больше, но эти три вспомнил потому, что тогда я не знал, что делать дальше. Речь идет о растерянности, тупике. А случаев, когда было ясно, что предпринять и «куды бечь», можно привести множество – из них и состояли оба похода.

Например, полный оверкиль у родного махачкалинского причала в день встречи. Много народа оказалось на палубе разгруженной яхты, – и она опрокинулась! Отделались хохотом и общим купанием… Такого у меня никогда и нигде не было, даже у мыса Каприкорн в Австралии, где яхту по моему недосмотру положило мачтой на воду, вернее, градусов на 110. Ну, вычерпал ведер 8-10 из «салона», просушился и пошел дальше, в Дарвин.

– Еще бы случай узнать…

– Два раза, в Атлантике и Тихом океане, попадал в грозу. Молния била в гребень волны где-то совсем рядом, ослеп оба раза полностью минут на десять. Зигзаг молнии отпечатался на сетчатке на долгие часы – хоть открой глаза, хоть закрой.

Про ураган в Магеллановом проливе уже рассказывал. В безлюдной безымянной бухте давление упало сильно, скорость ветра была не меньше 40-45 м/сек – спасли четыре якоря, поставленные друг за другом.

Земля круглая. Доказал Евгений Гвоздев | Олег Санаев

«Капитан, обветренный, как скалы…»

– Огромность океана и миниатюрность яхты. Не угнетает это сравнение?

– Я знаю об этом соотношении заранее – и в этом спасение. Знаю возможности яхты, ее скорость. Не ставлю сроков и рекордов – а терпение, оно при мне. Ведь мой «утюжок» больше 98 миль в сутки (Индийский океан) не выжимал.

– От чего зависит настроение?

– На суше – от отношений с близкими, в океане – от давления и погоды. Давление падает – падает настроение. Появляется солнышко – жить веселее.

– Моряки во все времена были суеверны…

– Морская, вернее, мореходная среда буквально замешана на поверьях и суевериях. Например, ветра нет – надо посвистеть. Только сейчас этот замес стал не таким крутым. Высокий уровень техники все же позволяет делать морское ремесло менее опасным и более предсказуемым. За восемь лет плаваний по миру я убедился, что чем выше уровень образования, знаний, культуры и жизни, тем ниже уровень религиозности. Сам я атеист и уверен, что знание проблемы от страхов и суеверий освобождает. Ну, иду я, скажем, в каком-либо районе. Я его знаю, знаю течения, направления ветров. Скажите, чего бояться? Это не самоуверенность, а уверенность. Плюс личный опыт. И, тем не менее, не забываю высказывание Страбона о том, что люди делятся на живущих, умерших и моряков. Обитание во враждебной человеку среде все же что-то значит.

– Какая из адаптации легче: в море к одиночеству, пусть даже деятельному, или на суше к обществу?

– Эти циклы мне пришлось переживать неоднократно, и для меня второе труднее. В океане все ясно с целью и способами ее достижения: выжить, уцелеть, дойти до берега любой ценой. А на суше жизнь сложней не только в смысле пересчета цен с рублей в доллары и обратно: за время плавания она так сильно меняется.

– Примитивность обоих суденышек, на которых были совершены кругосветки, – давайте обсудим ее. Вам встретились десятки, если не сотни прекрасных современных яхт. Никому не позавидовали?

– Только семейным экипажам. Их, по моим подсчетам, 80-90 процентов в числе идущих вокруг света. И никто не считает это подвигом. Это просто долгая и интересная жизнь на воде. Современный уровень судостроения и навигации позволяет сделать ее не только комфортабельной, но и достаточно безопасной. Мне не раз приходилось видеть годовалых детей в ярких спасательных жилетах, которые во время стоянки в марине возились на палубе яхты по соседству.

– А остальные 10-20 процентов яхтенных экипажей?

– Это путешественники и профессиональные гонщики на прекрасных яхтах. Нередко за ними стоят не компании и корпорации, а целые государства. Вот еще одна область, где мы капитально отстали. Возвращаешься на Черное море или на Каспий и не видишь ни одного паруса! А ведь парус -это показатель стабильности, развитости и гармоничности государства. Вот этому можно позавидовать, а чужим яхтам – нет. Я ведь знаю, что мне они по плечу. Вот пусть их хозяева и капитаны попробуют походить на моем «утюжке».

– Вы утверждаете, что кругосветное плавание на современной 10-12-метровой яхте при нормальном финансировании
и оснащении доступно сейчас любому средней квалификации яхтсмену, что это давно уже не геройство. Так?

– Совершенно точно. Недаром теперь такого рода предприятия всячески усложняются. То это походы через «ревущие сороковые широты», то заходы в полярные области, то два витка вокруг света в одном плавании и т.д. А пора героев-одиночек прошлого века с их стандартным, вернее классическим маршрутом «Гибралтар – туда, Суэц – обратно», – эти времена прошли.

В первом плавании мне встретились 23 человека, которые шли вокруг света, и только четверо собирались писать книги, да и то, скорее, для себя. За рубежом это действительно давно уже никого не впечатляет и давно уже не героизм. Тем более – не тема для книги.

– И что же делать журналистам в эпоху дегероизации яхтенных капитанов? О ком писать, если налицо кризис жанра?

– Земля остается яркой и загадочной, и о ней нужно рассказывать – занимайтесь популяризацией знаний об океанах и материках.

– Но для этого нужно, чтоб журналисты выходили в море или чтобы яхтенные капитаны брались за перо.

– И то, и другое происходило неоднократно. А для меня в этом смысле примером служил мой коллега Едрик Прусак, поляк, профессиональный музыкант, хозяин и капитан 14,5-метровой яхты «Серенада». Они с женой, сыном и дочерью шли вокруг света, и я их встретил в океане трижды – на Таити, Паго-Паго и Фиджи, где он лечил меня от ожога ноги. Так вот, Едрик снимал и писал для финского ТВ, отправляя кассеты с сюжетами о плавании из каждого порта (в каждом следующем порту его уже ждал гонорар). Супруга Едрика была корреспондентом женских журналов, а дети посылали репортажи в детские издания, вели дневники, делали фото. Вот это и есть деятельная, как вы говорите, любовь к морю и путешествиям.

– А что вы скажете о коллегах-одиночниках, в рассказах которых бушуют «многоэтажные волны» и у яхт отваливаются кили?

– Все это, конечно, имеет право на жизнь, так как время от времени в море случается. А что касается книг и журналов, то все зависит от чувства меры у пишущего, потому что нередко страшилки сочиняются для нагнетания «драматизму».

– Именно так: «драматизму»?

– Ну да – именно так. Потому что с истинным драматизмом в яхтинге сейчас проблемы… Ведь даже вокруг легендарного мыса Горн чилийские и аргентинские владельцы прогулочных судов возят туристов. В обе стороны.

– Несколько слов на Вашу любимую тему: парус и туризм в Дагестане.

– Мне уже не раз приходилось говорить, что российские, в частности, прикаспийские города и порты разительно отличаются от зарубежных приморских городов отсутствием на море парусов и яхт. Почти полным! Махачкала в этом смысле очень характерна и показательна: подходя к родному порту, я не обнаружил ни одного паруса, кроме своего собственного. Такая картина в других концах света, где мне приходилось бывать, во-первых, очень редка, во-вторых, свидетельствует о каком-то неблагополучии в стране. Это же ненормально, когда люди, живя у моря или океана, не ходят по нему под парусом, не ловят рыбу или не купаются.

– Какой вид неблагополучия, на ваш взгляд, характерен для нас?

– Скорей всего, бедность, нестабильность, неуверенность в завтрашнем дне. Людям хватает испытаний и потрясений на берегу, на суше, и за ними незачем отправляться в море. Вдобавок водный спорт – это дорогой спорт. Порой очень дорогой. И далеко не каждый может себе позволить им заниматься.

– Такое впечатление, что из всего многообразия водных видов спорта вы имеете в виду один – парусный.

– Действительно, водных видов спорта очень много, их даже не все сразу и вспомнишь. Во-первых, это все виды плавания, в том числе подводное и фигурное, прыжки в воду, водное поло, все виды гребли, все виды водно-моторного спорта, включая водные лыжи. И, наконец, парусные дисциплины, начиная от виндсерфинга (доски с парусом) до крейсерских яхт, способных пересекать океаны. Я еще не назвал всякие экзотические виды вроде гибрида водных лыж с парапланом или ныряния на большую глубину…

– Конечно, не все из этого обширного списка подходит для нас, не все можно культивировать на море…

– Именно поэтому я действительно считаю, что будущее водного спорта в Дагестане – за парусом. Особенно если вспомнить наши ветра и славу Каспия как одного из самых бурных и непредсказуемых морей мира.

Активное развитие парусного спорта – это наше славное советское прошлое. Ведь многое из того, что сейчас придется с огромным трудом возрождать и восстанавливать, у нас уже было. Действовал яхт-клуб в Каспийске, была федерация яхтенного спорта Дагестана, морской пейзаж украшали паруса нескольких частных яхт А. Мелехова, Д. Чекалина, К. Пипкина, катамарана М. Гитинова. Наши яхтсмены ходили по Каспию, бывали гостями на его восточном берегу, в Астрахани и Баку, принимали участие в гонках на приз «Золотой нактоуз».

Земля круглая. Доказал Евгений Гвоздев | Олег Санаев

Дома на Каспии. «Я себе уже все доказал…»

Интересно вспомнить, что в Избербаше проводились всесоюзные соревнования по подводному плаванию, и от Дагестана на них выступала своя команда. Кажется, в ДОСААФе тогда тоже готовили юношей к службе на флоте и преподавали какие-то морские дисциплины. А сейчас даже военные моряки греблей не занимаются, хотя раньше она была частью боевой подготовки.

Действовал клуб юных моряков «Алые паруса», имевший две яхты типа «Ассоль». На них ребята под руководством опытных инструкторов ходили не только на Сулак, но и на Волгу. После круго­светки на яхте «Саид» я навестил своих друзей в Актау. В это время там проводились международные яхтенные соревнования
школьников, участвовали команды Азербайджана, Туркмении, Казахстана и России (из Астрахани). То есть были представлены все прикаспийские республики, кроме Дагестана. И мне было очень обидно вручать призы и поздравлять «чужих» яхтсменов, хотя я испытывал к юным морякам самую искреннюю симпатию.

– А как дела у наших соседей по Каспию со взрослым яхтингом?

– И в Актау, и в Астрахани (не знаю, как дела в Баку) действуют яхт-клубы и парусные школы для детей. Проводятся регаты, строятся яхты. Конечно, дыхание общего экономического спада ощущается везде, но такой деградации, как у нас, нет, кажется, нигде. Фактически со своей 3,7-метровой яхтой я остался здесь, в Махачкале, один, совсем один. Как в океане.

Не могу в этой связи не вспомнить своих впечатлений о тихоокеанском острове Таити. Во всей Французской Полинезии население не превышает 230 тысяч человек, а в яхт-клубе главного острова основам яхтенного спорта ежегодно обучаются 1600 мальчиков и юношей. Конечно, можно сказать, что для островного государства это жизненная необходимость, но у нас другая крайность – живя у моря, мы вообще не занимаемся парусным спортом хотя бы для отдыха или самоутверждения.

– А ведь придется. Кризис и нестабильность не будут длиться вечно.

– Действительно, в конце концов наступят времена, когда будет реализовываться туристский потенциал Дагестана, и нашим гостям будет мало горной экзотики, и они сами напомнят нам об отдыхе на море. А у нас ни яхт, ни рулевых, ни нормальных стоянок для судов. Кстати, именно то, что яхты негде ставить, и является одной из причин упадка у нас парусного спорта. И его возрождение нужно начинать с решения именно этой проблемы. По-моему, при расширении и реконструкции Махачкалинского порта и нужно бы предусмотреть место и для яхт-клуба. Потом сделать это будет и сложнее, и намного дороже.

– Как-то незаметно в наш разговор о спорте вмешался бизнес, а именно – туристский.

– Спорт и бизнес сейчас неразделимы, и во всем мире яхт-клубы – это высокорентабельные структуры, сочетающие спортивные и коммерческие функции и интересы. Подчеркну, что парусная школа для детей на о.Таити, о которой я рассказывал выше, платная. Платить приходится и за стоянку в яхт-клубах, и за членство в них, и за обслуживание судов, и за гостиницы. Чисто спортивный яхт-клуб в Махачкале сейчас невозможен – он быстро умрет.

По опыту других приморских стран, хотя бы той же Турции, где количество яхт на стоянках в морских гостиницах измеряется сотнями, можно предположить, что через несколько лет и у российских состоятельных людей появится мода не только на автомобили, но и на яхты. (Мне уже встречались российские суда, которые стоят в портах Кипра или Турции, а их хозяева – в Москве). И возникнет необходимость этой моде соответствовать. Вот тогда вдобавок к спортивному, военно-прикладному и воспитательному прибавятся и туристическое, коммерческое значение водных видов спорта. Но чтобы это произошло, понадобится много сил и средств. Парус на Каспии не должен быть одиноким.

Земля круглая. Доказал Евгений Гвоздев | Олег Санаев

Ⅴ. Русская рулетка.

Морской вариант

(Ноябрь–декабрь 2008)

Названия на карте Италии все такие знакомые, ласковые: Неаполь, Капри, Сорренто… А вот поди ж ты – здесь это несчастье и произошло. Предположительно 29 ноября–2 декабря 2008 года во время сильного шторма в Неаполитанском заливе погиб известный российский путешественник, Почетный гражданин Махачкалы, наш земляк Евгений Гвоздев. Его тело было найдено карабинерами вблизи пляжа поселка Остия. Немного позже в том же районе волны выбросили на берег 5,5-метровую яхту под названием «Гетан-2». На этом миниатюрном суденышке Евгений Александрович совершал свое третье одиночное кругосветное плавание. Глубокая рана на голове позволяет предположить, что во время шторма на мореплавателя обрушилась мачта, которую он чинил накануне и которая напора ветра все же не выдержала. Впрочем, это всего лишь предположения. Что же произошло на самом деле, еще предстоит выяснить. Есть, например, версия, что это было ограбление с последующим убийством. А чем итальянские бандиты лучше сомалийских?

Бесспорны лишь следующие факты: шел 72 день третьего одиночного кругосветного похода 75-летнего профессионального каспийского моряка Е.А.Гвоздева. Его спонсором и хозяином яхты был директор махачкалинской фирмы «ИВТ» Давуд Мухумаев. Два предыдущих плавания (1992-1996 и 1999-2003 годов) на малой яхте «Лена» (5,5 м) и сверхмалой яхте «Саид» (3,7 м) длилось каждое по 4 года и закончились вполне благополучно. Но на каждой миле
морского пути путешественник рисковал жизнью. Его чуть не расстреляли сомалийские пираты в районе Африканского рога, а в Тихом океане с его яхтой решил поиграть кит. Во время грозы в Атлантике рядом в воду ударила молния, и Е.Гвоздев от ее вспышки ослеп на 10–15 минут. Что было бы с суденышком и с капитаном, ударь молния на 100-200 метров ближе, он предпочитал не думать.

И еще помимо постоянного риска это был тяжелый, почти каторжный труд, потому что один человек в течение восьми лет кругосветных плаваний на яхтах, пусть и маленьких, выполнял работу, которую обычно делает целая команда – капитан, штурман, рулевой, моторист, матрос, кок наконец… А здесь – один, один в огромном океане! Впрочем, «я в море не один, – говорил Евгений Александрович. – Опасность всегда рядом». И плавание на «Гетане-2», ставшее последним, подтвердило эту истину, как и то, что в смертельную рулетку с заряженным пистолетом у виска нельзя играть бесконечно. Двух одиночных кругосветок для одного человека более чем достаточно, чтобы было, что рассказать своим внукам. Но Гвоздев был не из тех, кто останавливается на полпути…

Земля круглая. Доказал Евгений Гвоздев | Олег Санаев

Проект памятника легендарной яхте «Саид»

Земля круглая. Доказал Евгений Гвоздев | Олег Санаев

Земля круглая. Доказал Евгений Гвоздев | Олег Санаев

За державу обидно. 1992 г.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13

Scroll Up