Метка: Дети

Ася – переключатель внимания | Полина Санаева

Ася – переключатель внимания | Полина Санаева

Ася – переключатель внимания

— Ася! Опять и снова, и снова и опять! Я нахожу фантики от ирисок под кроватью…

Смотрит пристально, открывает рот, потом дает себе время на разглядывание. В конце концов говорит:

— А ты похудела.

Ася – хитрый прагматик

— Может, мне отчество «Павловна» забабахать? Когда паспорт буду получать? А? Все будут говорить: «Неужто Павел Санаев — эт батя твой?»

Ася сама себе психолог

— В прошлом году, помню, еще с вечера не хотелось в школу идти.
— А в этом?
— А в этом хочется. Отношения изменились.
— Отношения с кем?
— С собой…

Ася – мне психолог

Запуталась \ Романтика и трусы | Полина Санаева

Запуталась \ Романтика и трусы | Полина Санаева

Запуталась \ Романтика и трусы — Полина Санаева

Хорошенько за полночь стояла в очереди в туалет в модном баре. И там две молодые девчонки в белоснежных кроссовках препирались у зеркала:

— Ну, посидим ещееее…

— Да мы итак тут все свободное время проводим!

И чувствовалось, что свободного времени у них много. А там бутерброд 350 р.

Потом ехала в метро на последнем поезде в час пятнадцать, рядом сидела пара, только с работы, целовались непрерывно, аж раздражали – молодой человек азиатской наружности и русская девочка – такая вся нежная, с ямочками на коленках. И она ему говорит:

— Завтра получим деньги и поедем, купим свитера – тебе и мне. А то холодно становится. В две тыщщи спокойно уложимся.

— У меня есть свитер.

— Да ладно, новый купим!

Такое у них событие наметилось. Он ей благодарно улыбнулся, и они продолжили целоваться. Уже не бесили.

Материнский капитал | Полина Санаева

Материнский капитал | Полина Санаева

Материнский капитал — Полина Санаева

Где там матери и ее кастрюлям
уцелеть в перспективе,
удлиняемой жизнью сына!

Иосиф Бродский

«Страшно не то, что мы взрослые, а что взрослые – это мы»

Интернет

Наша единственная свадебная фотография, где мы с его папой стоим в ЗАГСе возле облетевшего фикуса, лежит у Гаса в портмоне в одном отделении с запасным презервативом. «Смотри, — говорит – мам, как вы из кармашка смешно выглядываете, и как бы намекаете: предохраняйся, сынок!»

Застегивает куртку и уходит. А я стою перед дверью и думаю: что это было? Уже недопустимое панибратство или доверительные отношения? Я часто так стою и думаю, и тооолько хочу дать отпрыску по мозгам, как вспоминаю советы специалистов. А там все так устрашающе.

Материнский капитал

Сейчас везде пошла тема, мол, в отношениях с детьми главное – безусловная любовь. «Не надо ничего делать специально – достаточно их ПРОСТО ЛЮБИТЬ». И конечно же «Принимать такими, какие они есть». И их взросление и их скорый вылет из гнезда сразу иметь в виду — прямо с памперсов. Еще следить за тем, чтобы не навязывать свою волю, не транслировать свои ожидания, не поучать и не давить — ведь «им и так тяжело».

А нам?

Раннее развитие | Полина Санаева

Раннее развитие | Полина Санаева

Маленький мальчик в магазине мужской одежды перебирал одну за другой пуговки на рукаве красивого пиджака и приговаривал:
— Кружочек, кружочек, кружочек, кружочек… (клузочик, клузочик, клузочик, клузочик)
Мне показалось он искал квадратик. И еще показалось, что с ним занимались «ранним развитием» и объяснили про геометрические фигуры, но пуговицу он видел впервые.

Маленький мальчик на кассе супермаркета спокойно ждал пока папа расплатится за покупки и одновременно разглядывал ассортимент конфеток. Довольно долго он разглядывал их молча, потом определился с выбором и сформулировал мысль:
— Папа, я хочу купить что-то И ДЛЯ СЕБЯ.
Папа искал по карманам карту и улыбался кассирше.
— То, что я хочу есть двух видов, -продолжил мальчик. Ма-ли-но-вое и чеее…
Он запнулся.
— И чё…Нет. И чёрн… Нет.
Происходила борьба. Мальчик сначала сел на корточки, потом встал на коленки и поводил пальцем по буквам на упаковке.
— И черничная! Но я выбираю малиновую.
Триумф рассудительности и воли.
Папа просил дать ему сигареты и кассирша снимала их с витрины.
— Папа, я хочу купить что-то и для себя, — терпеливо повторил мальчик.
Папа не глядя на него схватил пакеты и двинулся к выходу.
— Сашка! Быстро! – прокричал он издалека.

Все было напрасно.

Если бы сейчас у меня были маленькие дети, как эти, годика по 3-4, я не пропустила бы ни одного такого момента!
Я наверное их много пропустила. Но теперь, я бы все сделала правильно. Теперь у меня опыт и понимание. Но так как со взрослыми детьми у меня все снова впервые, я снова пойду все делать неправильно и портить им жизнь.

Раннее развитие

Мамская логика | Полина Санаева

Мамская логика | Полина Санаева

Вообще я очень против деления умов, логик и счастья (женское счастье! – беее) по половому признаку. Но иногда, слушая себя, понимаю, что подразумевают мужчины, когда с кислым видом шипят: «жжжженская логика».

У Гаса две пары джинс – черные (потому что в школе можно только черные) и синие. Каждый раз, когда я вижу на нем черные джинсы, я хватаю его за карман и причитаю:

— Ты же не в школу! Неужели на скейте нельзя кататься не в школьных, между прочим, дорогущих джинсах? Почему не в синих Motorах?! Я что их тебе навязывала? Мы их вместе покупали, ты их сам выбирал, три часа в примерочной торчал! А если ты сейчас упадешь?! На школьных будет дырка! Опять новые покупать?

Все, от чего я могу удержаться в такой момент это – «твой папа что – миллионер? Отнюдь!» и «увы мне, увы…»

Сегодня Гас надевает синие Моторы и собирается пойти гулять. У меня болит голова и я прямо чувствую, как в нее ударяют гормоны обоих полов. И знаете, что я ему говорю:

— Надо же! Что это ты в синих? Ты же их не любишь! Из жалости ко мне что ли? Я что, так плохо выгляжу?!

Вывод: сколько не читай умных книжек про воспитание и отношения, сколько не понимай головой – с самыми близкими людьми эмоции бьют по шарам и все пропало. Чаще всего. Почти всегда. Потому что люди же – самые близкие, ты их любишь, а любовь – это чувство!

***

Познакомилась в дороге с женщиной, разговорились, то да се, ей 68 лет, море планов на лето. Достает планшет, показывает фотографии дочки, внучки, цветов на даче… «А вот, говорит, переписываюсь с одним на «Одноклассниках». Показывает его аватарку.
— Это ж Бен Аффелек! – говорю.
— Ты его знаешь? Я на фотку и клюнула: написала, что мужчина приятный. Он ответил и понеслось! Смотри, что пишет!

Я смотрю. Последнее сообщение: «Хочешь меня?»

— Пусть настоящую фотографию шлет! – комментирую я, как могу.
— А он шлет! Вот в плавках. Вот опять торс… Скоро будем встречаться. А то все одна да одна! Мне гинеколог сказал – надо жить половой жизнью, а то голова так и будет всю жизнь болеть…

Я в шоке. Вывод: это никогда не заканчивается. Эта надежда – встретить-полюбить-ивсебудетхорошо – эта надежда не умирает вообще. А мне-то казалось, еще чуть-чуть и отпустит.

Мамская логика

Только любовь | Полина Санаева

Только любовь | Полина Санаева

Асин облик, он словно через кальку — матовый, пепельный, бледный, фарфоровый. И еще мраморный, если мрамор бывает горячим, и сразу таким, что уже отсекли все ненужное.

Ася — акварель, которую нарисовала английская барышня, героиня Джейн Остин. А вокруг газон, много простора и воздуха. Асины глаза – это то, что в литературе называют «цвета дождя», иногда полупрозрачные, иногда темные и мокрые, как дождевая вода в старой бочке. Все это совсем не похоже на меня, и мне кажется, я высидела в своем гнезде яйцо каких-то чужих птиц. Инопланетных – в палевом оперении. Когда она была маленькая, я смотрела в её глаза и думала «потемнеют», но надеялась, что нет. И они остались светлыми. Когда она была маленькая, было сразу видно, что это девочка: по локотку, показавшемуся из пеленки – абсолютно женскому круглому локотку с ямочкой. А сейчас и коленки – круглые. Асины волосы – это то, что в литературе называют – цвета опавших листьев. Цвета шкурки пумы, цвета речного песка…Темные, но все-таки русые волосы, сливающиеся с ландшафтом. И вся она с рождения – это ровное и неясное свечение, то проступающее в воздухе, то растворяющееся в нем. И самое яркое в этом свечении — медный отсвет ресниц. Его видно только на солнце, или когда она молчит, или спит…

Только любовь

Асин облик – он весь округлый, и младенческий и женский одновременно, ангельский в общем… Артикуляция неправильная, артикуляция с характером, прихотливая и волевая. А эти маленькие ушки-ракушки, эти ямочки на щеках, эти легкие родинки, изгиб шеи и колечки волос – как небо на картине Ван Гога. И пухлые пальчики, как у нимф на сервизах «Мадонна»! И тут тебя эта Мадонна трясёт и орет в лицо: «Мама! У меня дырка на колготках! У меня прыщик подмышкой! У меня ожог облееез! Что будем делать? Ты вообще меня видишь?» И рыгает.

Господа, вы звери… | Полина Санаева | sopli-i-vopli.ru

Господа, вы звери… | Полина Санаева

Господа, вы звери — Полина Санаева

Такие как я, у которых в арсенале борьбы со злом только праведный гнев, очень быстро сменяющийся дрожанием в голосе и непрошеной слезой в глазу – в критических ситуациях чувствуют себя особенно глупо.

Вот сейчас – все катится в черти куда, экономисты предрекают кризис «которого в России не было со времен гражданской войны», президент говорит, что это «открывает новые возможности», страна ведет несколько войн, в инстграме флешмоб «Кадыров – патриот России», у меня завтра новоселье, а в воскресение мы с асиным классом идем в театр.doc на спектакль «СКАЗ о ПЕТРЕ и ФЕВРОНИИ»… Грандиозная инерция.

Напоминает фильмы про выпускные балы 21 июня 41-го: жизнь идет свои чередом, танцы, любовь и безумная надежда, что завтра все будет хорошо. А ничего больше не будет. Когда ты зритель – ты это знаешь, а когда ты внутри?
И самое противное, что те, кто в силах повлиять на ситуацию думают только о своих задницах, власти, деньгах. И день ото дня все меньше шансов что-то исправить.
«Что у меня останется, когда рухнет экономика, когда вернутся 90-е, когда нечего будет есть?» — думаю я. Любовь, дети, друзья, книги, дома с мозаиками по фасаду, Пушкинский музей, горы, море… Но и это так легко отнять у таких как я.

Мы сидим на берегу и смотрим на озеро, а те, кто у власти отстреливают, жарят и едят последних лебедей. А мы можем только метаться вокруг их костра и кричать: не стреляйте в белых лебедей! Не стреляйте! Господа, вы звери, господа…
А они уже доедают птичьи косточки и переключаются на наши.

Уже не хочется на митинг, уже хочется драться.

Звери

Сочинение на дом | Полина Санаева

Сочинение на дом | Полина Санаева

В ЕГЭ вернули сочинения.
Я обрадовалась. Вспомнила как писала сочинения в школе — читала сто раз произведения, потом критику, потом биографию писателя. Потом думала, искала эпиграф, потом черновик, один-другой-третий… Потом маме проверить, потом переписать, подчистить лишнюю запятую лезвием, выдрать лист, … Уф.
Ну думаю, хорошо, что вернули сочинения! Научат под это дело Гаса читать и писать.

Среда, вечер
— Тебе вроде сочинение надо было сегодня сдать?
— Я и сдал.
— А когда ты его написал?
— Вчера.
— А я не видела, чтоб ты писал!
— Ты куда-то выходила.

— или что-ли посуду мыла…

И последняя надежда умерла последней.

Сочинение на дом

Веточки да вербочки | Полина Санаева

Веточки да вербочки | Полина Санаева

Мы вышли из Пушкинского на промозглый весенний воздух. После встречи с искусством организм отверг мысль о Бургер Кинге, но очень хотел есть. Пока осматривались на Кропоткинской, пошел дождик, руки озябли, нос замерз, пришлось забегать в ближайшую дверь. Забегаем, и сразу понимаем, что там ХОРОШО. Толстый человек в фартуке – хоть сейчас на вывеску – не спеша режет лимонную цедру, а девушка раскладывает ее на печках. Запах почти сельский — природный, свежий, он смешивается с запахом ванильного крема, и все какое-то не московское.
Согрелись, сели к окну на высокие стульчики, напротив оказался мокрый мощеный переулок, который, как в Тбилиси, круто идет вверх, а в конце него стоит желтое закатное солнце и не слепит глаза, и опять же не по-московски видно много неба. А у нас тут тепло и пахнет ванилью, цедрой и сандалом. Заказали капучино с мятой.
Назавтра Вербное Воскресение, мимо идут люди с ветками – несут святить в Зачатьевский монастырь. У некоторых вполне суетный вид, будто им важно поскорее с этим закончить, но не у всех.
Мальчики да девочки
Свечечки да вербочки
Понесли домой.
Огонечки теплятся,
Прохожие крестятся,
И пахнет весной.
Ветерок удаленький,
Дождик, дождик маленький,
Не задуй огня.
В воскресенье вербное
Завтра встану первая
Для святого дня.
Настроение именно такое и я бы очень хотела быть причастной к этой процессии с вербами, спешить на службу, повязать платок в храме, взять в руки свечку, отстоять сколько надо и чтоб на меня брызнули благодатью. Но я не соблюдала пост и теперь сижу во французской булочной и ем профитроли. Мимо ведут лошадь и сразу видно, что в городе ей тесно. Подковы скользят по брущщщатке, лошадь оступается, ей тут не место.
Когда-то, когда я верила в силу печатного слова, я с ужасом прочла в журнале Time Out полную гнева и отвращения заметку о том, что в Москве не найти нормальных профитролей. Заметка была за женской подписью, и я подумала: тоже мне проблематика! Тоже мне журналистка – самка журналиста.
А теперь, пока я пытаюсь обнаружить в себе веру хоть во что-нибудь, профитроли стали так важны. Они такие вкусные! Ася, конечно, хочет еще. Мы доедаем и идем в Зачатьевский. Мы пытаемся создать новую семейную традицию. По дороге покупаем вербу, успеваем ее освятить, а когда едем назад в троллейбусе тетка толкает дочку вбок и шепчет: вот, люди к Вербному готовятся, а мы с тобой вечно никаких праздников не блюдем!
Она же не знала, что только рядом с едой и печкой я не чувствую неприкаянности.

Веточки да вербочки

Катарсис номер 158 | Полина Санаева

Катарсис номер 158 | Полина Санаева

— Ась, помолчи, — я не с тобой разговариваю!
— А ПОЧЕМУ? Ну, почему не со мной?

****

— Ну, все Ась, я тебя слушаю, рассказывай…

— А я не знаю, что рассказывать.

— Здрасьте! Значит, когда я работала за компом – ты непрерывно пела мне странную песню без мелодии «Эдельвейс». И еще удивлялась, что она мне не нравится.

— Мне надо где-то репетировать или нет?!

— А все 80 раз, когда я говорила по телефону – ты мне ГРОМКО сообщала оценки какой-то Вероники в триместре. Потом показывала, что рисовала на рисовании (кошка, да? классная!), и что танцевала на эстрадном. До сих пор же в ушах стучит! Что это было вообще? Топатуха? Пол дрожал.

— Это наш новый танец «Снегири»! А Вероника – это моя лучшая подруга! Знаешь, какая она хороооошая…Хотя и двоешница.

— Когда я пыталась общаться с мамой, которая обижается, что я с ней не разговариваю – ты одновременно кричала мне в ухо, что надо купить красную помаду и синие тени к концерту. И что-то еще, чего я уже не помню! Одновременно кричала. Почему всегда одновременно?!

— Вспомнила! Еще колготки. Колготки надо купить. Белые и телесные…

— А когда я учила с Гасом стих – ты мне срочно перечисляла смешные фамилии своих одноклассников. Кстати, Чаадаев – это не смешно, это великая фамилия…

— А что, Гасик сам выучить не может?! Пусть сам учит! Я же сама…

— Ок. Вот, теперь, когда я все доделала, все закончила, и готова слушать что угодно – ты не знаешь, что сказать!!!

— Ну ДАК Я ВЫСКАЗАЛАСЬ!

— ох

— Лучше ты мне что-нибудь расскажи…

— ох, я не знаю, что рассказывать

— по телефону ты всегда знаешь что…

Отвернулась, уснула. Утром ни свет ни заря ушла на рисование, а я — как миленькая за помадой. Здравствуй, субботнее чувство вины.

Катарсис номер 158

Scroll Up